Ваш браузер устарел. Рекомендуем обновить его до последней версии.

Прогноз развития России в ближайшей перспективе: власть, экономика, общественное самосознание (дается в самых общих чертах, характеризуются базовые долговременные тенденции развития)

 

1. Система власти и политическая борьба

2. Экономическая ситуация

3. Социальная ситуация

 

 

 

1. Система власти и политическая борьба

 

Доминирующее положение поста президента во властно-политической системе современной России является следствием исторической традиции. Оно существует не юридически, а фактически. С точки зрения устройство системы органов власти мы имеем все-таки полицентризм, т.е. во властной системе конституирована независимость различных властей согласно общепринятым канонам. Размывание этой независимости возникает как следствие субъектной организации властной системы. Мало учредить определенные органы власти. Для того, чтобы они работали, нужно наполнить, оживить их людьми. Эти люди преобразуют формальную систему органов власти в реально функционирующую власть. Несмотря на все изменения исторических обстоятельств, неизменным в течение последних 150 лет остается одно свойство  субъектной организации властной системы – всевластие единоличного правителя, сначала наследственного, затем выборного. Альтернативная конструкция властного субъекта - правление властной элиты, намечавшаяся в 20-е - 30-е гг. XX в., закончилась чисткой политического и управленческого поля в 1932-1941 гг., после чего поколебленное всевластие правителя восстановилось в полной мере.

С 2005 года мы вступили в период изменения такого положения дел. Пока это еще мало заметно, сегодня речь скорее может идти об определении отношения к этой системе в различных политических группах. Более того, на 2007-2008 гг. придется пик всевластия единоличного выборного правителя, каковым является сегодня президент РФ. Однако уже следующий за Путиным президент (а может быть и сам Путин после парламентских выборов) ощутит отсутствие реальных возможностей для единоличного правления. Он будет одним из субъектов властно-политической системы, даже первым в этой системе, но реальной правящей силой станет выборная властная элита. Что это значит? В какой конкретно форме будет осуществляться это правление?

Вряд ли это будет парламентское правительство, т.к. даже правительство парламентского большинства не в силах на деле ограничить сегодня реальную власть президента. Такое парламентское большинство в любом случае будет либо собственно президентским, либо сколочено его администрацией как пропрезидентское. Разделение полномочий между президентом и премьером в целом устоялось, в парламентскую республику нам не эволюционировать.

Скорее всего, само президентство двинется в сторону партийного. Президент будет избираться на новый срок как представитель партии, с известной командой, с достаточно определенной политической программой. В рамках партий будут согласовываться интересы различных элитных групп. Партии смогут обеспечить взаимодействие элит с широкими слоями населения страны, которые  на сегодняшний день ориентируются на выборного правителя - президента как единственную надежду и силу, а в результате всего лишь предоставляют ему карт-бланш на любые действия.  С тем, чтобы потом быть этими действиями недовольными, однако недовольными безальтернативно.

Как конкретно будет идти данный процесс? Будет ли это внешне связано с тем, что В. Путин останется на политическом поле? Или с неудачным выбором преемника? Или с обострением противоречий внутри «Единой России»? Может быть, успех каких-нибудь других партий на парламентских выборах заставит нового президента опираться на коалицию политических сил? В принципе, набор условий и действующих лиц известен, можно моделировать различные варианты процесса. Однако в данный момент, при отсутствии конкретных моделей, можно прогнозировать лишь общий результат, к которому придет система - власть выборной элиты, вероятно в виде партийного президентства.

Самым интересным следствием данного прогноза является тот факт, что если находящаяся у власти группа захочет по каким-либо причинам законсервировать существующую систему власти, попытается сохранить всевластие выборного правителя, то она эту власть потеряет. Именно по этой позиции возможен политический раскол, именно здесь коренится опасность отечественной цветной революции. Вопрос о субъекте властной системы с 2005 г. выдвигается на авансцену политической борьбы. Любая попытка поставить во главу угла политики какой-нибудь другой вопрос, начиная от угрозы единству государства из-за местного сепаратизма, и кончая бедностью населения, обрекает соответствующие политические группы на маргинализацию, потерю политических позиций и, в лучшем случае, переход во второй эшелон. Это не значит, что данных проблем нет. Более того, некоторые из этих проблем имеют существенный вес. Однако они перестают быть политикообразующими, и это следует учитывать.

 

 

2. Экономическая ситуация

 

Характер экономики в ближайшей перспективе измениться не может. Мы останемся экспортно-ориентированным государством с недостаточно развитой внутренней торговлей, в значительной степени натурально-ориентированным населением (низкие денежные доходы, стремление к натуральным льготам, садово-огородная зависимость).

Рынок и торговые связи сейчас безусловно торжествую в сфере деятельности предприятий и организаций, обслуживающих экспорт, внешнеторговую экспансию. К сожалению, торгуем мы преимущественно сырьем, что не позволяет вовлечь в данную деятельность значительную часть населения. Хорошо чувствуют себя те, кто вывозит, и те, кто обслуживает вывозящих. Остальные оказываются чужими на этом празднике жизни.

До тех пор, пока денежные потоки не будут переориентированы (или переориентируются) таким образом, чтобы население обеспечило преимущественный интерес к себе как владельцу средств и потребителю товаров, т.е. источник высокого заработка для предприятий, способный составить конкуренцию внешнему рынку, до тех пор ожидать серьезного подъема невывозящих отраслей хозяйства не приходится. В этой связи рассчитывать на удвоение экономики как панацею бессмысленно. Но, возможно, именно удвоение позволило бы создать предпосылки для роста внутреннего денежного спроса и постепенной переориентации нашей деятельной системы с внешнеторговой экспансии на внутриторговую деятельность, с соответствующим расцветом рыночных отношений и вытеснением  нерыночных элементов отечественного хозяйствования. В этом смысле, правительство должно стимулировать вывоз и экспортно-ориентированное производство, а также всячески способствовать перераспределению доходов экспортеров в пользу всего населения страны, причем достаточно аккуратно. Понятно, что в рамках сугубо либеральной экономической модели достичь этого невозможно. Нерегулируемая экономика оставит без перспектив слишком большую часть населения. Впрочем, нам это не грозит. Наша деятельная система представляет собой системы внешнеторговой экспансии при государственном управлении деятельностью. То есть государство не оставит своего контроля над экспортерами, будь они в частном или государственном владении.

Однако экономику все-таки ждут свои изменения. Она пережила период разделения властей, когда государство частично выпустило из рук власть экономическую, создала свободный рынок и слой частных собственников. Она пережила период централизации, следствием которого стало частичное восстановление контроля над деятельностью отпущенных на свободу предприятий, ужесточение правил на рынке, некоторое ограничение воли собственников в распоряжении принадлежащими им частями национального богатства. Впереди экономику ждут изменения, связанные с переходом власти от выборного правителя к выборной элите. Скорее всего, это означает стабилизацию положения, оформление властно-экономических группировок. Но и смягчение общего экономического климата. Если сегодня мы имеем подчинение бизнеса власти, отказ от которого чреват преследованием, то в перспективе должен получиться союз властной и бизнес элит в виде уний различных группировок власти с соответствующими бизнес группами. Такие унии существуют и сейчас, однако реализоваться в полную силу не могут. Это нас ожидает в перспективе.

Глобальная же перестройка деятельной системы – дело отдаленного будущего. Поворот от экспортно-ориентированной экономики к экономике, ориентированной на внутренний рынок, с соответствующим ростом жизненного уровня населения и прочими положительными свойствами такого экономического устройства, начнется только в 2014-2017 гг. К этому моменту социальная элита наконец завершит построение властной системы, и правила игры определяться окончательно.

 

 

3. Социальная ситуация

 

Социальная ситуация определяется ориентацией основной части граждан на некоторое более-менее целостное представлений о правильно устроенном обществе, с одной стороны, и соответствие реальных характеристик общественной жизни этому положительному образу общественного устройства, с другой. Резкое несоответствие идеала и действительности  негативно сказывается на общественном спокойствии и способно вызвать выступления против властей и их политики. Последствия таких выступлений могут быть различны, вплоть до ломки коренных государственных структур. Стоит ли нам опасаться чего-либо подобного?

В современной России новая национальная идея преимущественно сформировалась еще до перестройки, завершилось ее оформление в процессе развития Горбачевских и Ельцинских реформ. Трудность восприятия новой национальной идеи связана с двумя обстоятельствами. Во-первых, она носит однозначно частный, приватный характер, тогда как наши политические и общественные организации, не говоря уж о властях собственно, еще не научились видеть себя иначе как руководящей и направляющей силой. Но частному лицу нужно не руководство, ему нужны те, кто постарается выразить его интересы на соответствующем профессиональном языке и  обеспечит защиту и реализацию этих интересов.  Во-вторых, новая национальная идея настолько непривычна для нашей исторической традиции, что даже сформулировать ее так, чтобы не попасть в поле отрицательной языково-понятийной символики, достаточно сложно. Такие понятия как «индивидуализм», «частное», «личное», «свобода» и прочие подобные в нашем представлении сами по себе несут какой-то нездоровый смысловой оттенок. Сторонники старых взглядов, консервативные (или неконсервативные) идеологи, теоретики, маргинальные и не очень политики и политические движения  оказываются в данном случае гораздо активнее своих немногочисленных сторонников среди населения.  Они склонны рассматривать узость своей социальной базы как недоразумение и временное отступление здоровых социальных тенденций, требующее от них повышенной активности.

Современное представление о справедливом социальном устройстве включает в себя следующие положения: общество представляет собой не сражающийся, борющийся, достигающий чего-то коллектив, а множество людей со своей индивидуальной судьбой, стремящихся прожить свою жизнь, а не положить ее на алтарь отечества или потратить во имя будущих поколений; главное в государственном устройстве – свобода его граждан, государство должно обеспечить людям возможность свободного выбора деятельности и  свободу организации своей жизни (не путать с узким пониманием свободы как свободы политической деятельности); общество должно делиться на равноправных граждан, их права не должны зависеть от профессии, имущественного положения, национальной или религиозной принадлежности.

Наверное, с точки зрения такой глобальной идеи, как построение коммунизма и переустройства всего мира на коммунистических началах, или с высоты идеи привнесения в раздираемый противоречиями и дисгармонией мир русской идеи «соборности», русской духовности и т.д., и т.п., это как-то мелковато. Однако вряд ли граждане нашей страны сегодня согласятся, как бы ни мечтали об этом горячие идеологические головы, распростится с выстраданными всей нашей историей мечтами о  частной свободе и социальном равноправии (пусть даже не ведущими к равенству, кто вообще сказал, что люди хотят равенства), - ради глобальной пользы абстрактного человечества.

Реальные проблемы лежат не здесь, а в сфере реализуемости нового общественного идеала. Да, у нас свобода деятельности, однако достаточен ли деятельностный выбор? Все ли могут найти себе достойную, то есть нормально оплачиваемую и обладающий приемлемым социальным статусом профессию?  И позволяют ли заработки, общий уровень жизни свободно организовывать свою жизнь? Да, у нас существует вроде бы равноправие. Но как же тогда олигархи, получившую государственную, т.е. общую, собственность каким-то странным образом? И высокий уровень коррупции? И сохраняющееся, хоть и изменившее свою форму, особое положение чиновничества?

Впрочем, это на сегодняшний день не те вопросы, которые способны вызвать серьезное общественное недовольство. Люди вообще гораздо более терпимо и реалистично смотрят на общественную реальность, чем многие оппозиционные политики. Это естественно, так как их задача – приспосабливаться и жить в существующей среде. Это политики должны среду формировать и преобразовывать.

Власти ведут себя достаточно прагматично. В отношении олигархов интересы власти и жажда справедливости, обуревавшая народ, нашли выход, до известной степени устраивающий обе стороны. «Равноудаление», налоговые взыскания и прочие мероприятия власти, проводимые одновременно с повышением зарплат и пенсий, некоторое перераспределением средств в пользу населения и, как многим хочется надеяться, развития страны, способны если не подавить, то по крайней мере существенно ослабить неудовлетворенность населения своей жизнью. Ослабить достаточно для того, чтобы народ был занят своей жизнью, а не политикой, тем более оппозиционной.

Мы сегодня не националисты и не националистически ориентированные государственники. У «Родины» нет никаких шансов, хотя взгляды ее понятны людям, и даже встречают сочувствие. Однако массы сегодня не променяют свободу ни на служение Отечеству, ни на борьбу за своих единокровников, русских людей,  независимо от того, находится их враг внутри государства или снаружи. Мы сегодня также не государственники. А значит шансов нет и у КПРФ. Демократические одежды никого не обманут ни в первом, ни во втором случае. Когда речь идет о том, что нужно объединиться, сплотиться, подняться на борьбу, т.е. пренебречь частной жизнью ради общего блага, когда нужно противостоять, не важно, олигархам и капиталистам, или врагам всего русского, или прочей нечисти, тогда можно быть спокойным относительно перспектив таких народных вождей и политических движений. Народ устал от борьбы, и не способен на нее, если дело не касается конкретных осязаемых вещей, таких например, как отбирание льгот без адекватной и понятной замены.

Однако мы сегодня и не демократы, и не демократические либералы, и даже не либералы собственно. Мы за свободу, но против вседозволенности. То есть уровень свободы должен кто-то отслеживать. Сами контролировать степень своей свободы мы не можем, нет навыков, нет традиции, нет умения уравновешивать одно другим. Мы не готовы к демократии, нам бы в свободе пожить и научиться ее понимать. Всякий призыв к демократическому контролю в процессе его реализации обернется у нас возрастанием полномочий властей и ужесточением властного руководства, т.е. потерей свобод. А это значит, что нет серьезных шансов ни у «Яблока», ни у Каспарова и Хакамады, ни у СПС.

Политический маятник остановился на точке этат-либерализма (государственнического либерализма). Это значит, что мы за свободу, но и за сильную власть. Мы за свободу, но за регуляцию экономической жизни и деятельностной структуры общества государственной властью, в интересах внутреннего развития и с целью учета интересов тех слоев населения, которые оказались ненужными в условиях экспортно-ориентированной рыночной экономики. Это всех устраивает, потому что соответствует особенностям переживаемого периода. Здесь мы достигли известного соответствия политики реальному положению дел.

Проблемы есть, но находятся они в другой сфере. Сегодня если и существует опасность достигнутой политической стабильности, то она исходит от тех групп, которые имеют власть. И очень может быть, что опасность эта связана не столько с их боязнью эту власть потерять, сколько с уверенностью в том, что они знают как ее сохранить и приумножить. А главное, как ею пользоваться,  Меняется политическая конъюнктура, а группы, находящиеся у власти, обычно теряют свежий взгляд на действительность. Они начинают истолковывать действия тех, кто пытается наметить новую проблему, в рамках старой конкуренции, в  русле прошлых конфликтов. Однако сама проблема от этого никуда не девается. И это приводит к тому, что новую проблему удается утвердить только в остром общественном противостоянии. 2008 год в этом смысле будет годом окончательной актуализации новой политической проблемы, причем утвердится она  единственно возможным образом - найдет своих выразителей, тех, кто поднимет ее на щит, свяжет с ней свое политическое будущее. Между прочим, это отнюдь не исключает преемственности власти. Ведь властям никто и ничто не запрещает сделать это самим.

6 августа 2005 года